3 года назад

Виктор Юльевич перечитал прорву книг сочинение С1

Виктор Юльевич перечитал прорву книг. Он все искал, не практиковался ли где-то и когда-то необходимый ему ритуал перехода от детства во взрослую жизнь.Всяких переходов такого рода описано было множество — связанных и с половым созреванием, и с переменой социального статуса, и с вступлением в избранное сообщество воинов, колдунов или шаманов, но он все искал такого, когда от дикости и хамства юноша одномоментно входил в культурное состояние, в нравственную взрослую жизнь. Конечно, можно было бы считать таким обрядом выпуск из европейских университетов образованных господ, облаченных в мантии и дурацкие шапочки. Но не они ли, образованные врачи, психологи и инженеры, потом налаживали наиболее рациональную систему истребления и утилизации людей в Третьем рейхе? Объем переваренных знаний не обеспечивал нравственной зрелости. Нет, это тоже не подходило.Чтение, хотя и не давало прямых ответов на вопросы, не было бесплодным: теперь он угадывал древние обряды и ритуалы, искаженные до неузнаваемости, выхолощенные и доведенные до абсурда, в правилах и привычках современной советской жизни, и даже прием в пионеры, сопровождающийся клятвой и переменой одежды, представлялся пародией на какое-то древнее таинство. Правда, это были не новые белые одежды древних христиан, не фартуки масонов, а всего лишь тупоугольник красной тряпки, повязанный на шею. Но близко, близко…Гору книг прочитав, он вернулся к русской классике — источнику, которому доверял безоговорочно. Он заново перечитал «Детство. Отрочество. Юность» Толстого, «Былое и думы» Герцена, «Детские годы Багрова-внука» Аксакова. К этому прибавились и «Записки революционера» Кропоткина, и трилогия Максима Горького, уже за пределами Золотого века: как мучительно детская душа принимает полный несправедливости и жестокости мир, как пробуждается к сочувствию, к состраданию.Он проводил своих мальчиков путем Николеньки Иртеньева, Пети Кропоткина, Саши Герцена, даже Алеши Пешкова — через сиротство, обиды, жестокость и одиночество к восприятию вещей, которые сам считал основополагающими, — к осознанию добра и зла, к пониманию любви как высшей ценности.Они отзывались на его призыв, научились сами находить эти важнейшие эпизоды — гаринские страницы о Теме, спускающемся, как в преисподнюю, в темноту склизкого колодца за упавшей туда собакой, о побежденном страхе, о кошке, убитой дворником на глазах юного Алеши Пешкова, и — дальше, дальше! — о казни декабристов, переживаемой Сашенькой Герценом. Происходило какое-то изменение в их сознании. Или нет?Сам Виктор Юльевич, вынужденный оставаться в рамках школьной программы, искал постоянно то, что называл «стратегией пробуждения».Давал все, что имел сам. В сущности, простые вещи — честь, справедливость, презрение к подлости и алчности… И подводил в конце концов к тому, что считал абсолютной вершиной русской классической литературы, — открывал дверь в комнату, где пятнадцатилетний недоросль, соблазненный шириной и добротой бумаги, из которой сделана была географическая карта, прилаживал мочальный хвост к Мысу Доброй Надежды, мосье Бопре спал пьяным сном, и батюшка выволакивал вон нерадивого «outchitel», к радости крепостного дядьки Савельича.И Петруша Гринев, преодолевая жестокие испытания, сберегал честь и достоинство, которые становились дороже жизни.Но все-таки была одна странность в этой прекрасной литературе: вся она была написана мужчинами о мальчиках. Для мальчиков. Все о чести, о мужестве, о долге. Как будто все русское детство — мужское… А где же детство девочек? Какая у них ничтожная роль! Наташа Ростова восхитительно пляшет и поет, Кити катается на коньках, Маша Миронова отбивается от посягательств негодяя. Все юные кузины и их подруги, в которых влюблены мальчики, славны своими локонами и оборками. Остальные — несчастные жертвы: от Анны Карениной и Катюши Масловой до Сонечки Мармеладовой. Интересно, интересно. Как обстоит дело с девочками? Они всего лишь объект мужского интереса? А где их детство? Претерпевают ли они тот внутренний переворот, который случается с мальчиками? Неужели только акт физиологии? Биологии?

TIuBo (Гость) Литература
3

Литература: Виктор Юльевич перечитал прорву книг сочинение С1

8 месяцев назад Название книги о телепортации

Не помню автора и название, но очень хочется перечитать заново. Книга состоит из небольших рассказов об "эволюции людей и их образа жизни" в том случае, если бы была изобретена телепортация, сиречь мгновенное перемещение в пространстве.
2:D3ad0ught Это книга о "джантировании", тоже интересная, но не та что я ищу. Спасибо конечно.Дополню из того что помню: в первой главе описывается как люди устанавливали телепорт на Марсе. Потом была глава о "сложности" установки те...

DeWoN (Гость) 3 ответа
3
8 месяцев назад Помогите вспомнить название и автора книги

Кто может сказать в какой книге разворачивается, на память, вот какой сюжет: два племени живущие в долине с незапамятных веков исполняют закон невесть кем составленные, суть которых описывается в книге. Один из этих законов в том,что люди из разных племен не должны вступать в брак. Однажды этот закон нарушается и рождается мальчик.. С детства его отличает особо пытливый ум, с возрастом это качества только усиливается и не дает ему жить так как все его соплеменники живут. В сюжете также появляетс...

pycblu1 (Гость) 2 ответа
3
8 месяцев назад Где и как Есенин делал аудиозаписи стихов ?

Не могу найти информацию о том как и где в каких условиях Есенин записывал свои стихи на звуковые носители. Где это было, в России, за границей? Кто ему возможно помогал, ассистировал, где издавались аудиостихи Есенина, первое упоминание о них итд.Перечитал несколько книг о Есенине, там ноже информации ноль

Zaharov (Гость) Нет ответов
3
Виктор Юльевич перечитал прорву книг сочинение С1 (Литература) - вопросы и ответы на все случаи жизни - справочник Литература moi-vopros.ru